Стих мадонна пушкин

Шестой из «Двенадцати сонетов к Марии Стюарт» Иосифа Бродского — вызывающая перелицовка пушкинского «оригинала»: Я вас любил: любовь еще, быть может, В душе моей угасла не совсем; Но пусть она вас больше не тревожит; Я не хочу печалить вас ничем. Я вас любил безмолвно, безнадежно. То робостью, то стих мадонна пушкин томим; Я вас любил так искренно, так нежно, Как дай вам Бог любимой быть другим. Любовь еще возможно, что просто боль сверлит мои мозги. Все стих мадонна пушкин к черту на куски. Я застрелиться пробовал, но сложно с оружием. И далее: виски: в который вдарить? Портила не дрожь, но задумчивость. Я вас любил так сильно, безнадежно, как дай вам Бог другими — но не даст! Он, будучи стих мадонна пушкин многое горазд, не сотворит — по Пармениду — дважды сей жар в крови, ширококостный хруст, чтоб пломбы в пасти плавились стих мадонна пушкин жажды коснуться — «бюст» зачеркиваю — уст! Но образ твой теперь уже в тумане. А будут дни — стих мадонна пушкин и печаль, И засияет сон воспоминанья, Где нет уже ни счастья, ни страданья, А только всепрощающая даль. У Пушкина к концу стих мадонна пушкин нарастают как отчужденность, так и вовлеченность лирического субъекта, сквозь спокойную доброжелательность проглядывает вспышка ревнивой страсти. Бунин, напротив, идет от любви к полному забвению и прощению, чему вторит движение от крупнопланового чувственного пятна в стих мадонна пушкин взора лани к размытой стих мадонна пушкин дали в конце, поддержанное развитием рифменного вокализма и другими средствами. Реинтерпретация, стих мадонна пушкин видим, совершается с полным пиететом, который вообще характерен для многочисленных вариаций на ту же пушкинскую тему, включая во всех отношениях вольные, принадлежащие Серебряному веку. Они могут с эстетским вызовом смаковать покинутость субъекта или напряженность любовного треугольника а то и квадратано сохраняют искренность чувства и органичность формы. Все это еще не пародии — в отличие от сонета Бродского, где пародиен самый сюжет объяснения в любви к статуе, ибо взаимодействие между живой стих мадонна пушкин и холодной статуарностью — один из инвариантов Пушкина. «Сонеты к Марии Стюарт» вообще напичканы снижающими отсылками к самым разным текстам, а Шестой специально посвящен систематическому обнажению поэтики «Я вас любил. В содержательном плане происходит следующее. Несчастная любовь огрубляется до физической боли и преувеличивается до покушения на самоубийство, отказ от которого иронически мотивируется чисто техническими трудностями обращение с оружием, выбор виска и соображениями престижа все не по-людски. За пушкинским другим усматривается открытое множество любовников, а намек на неповторимость любви поэта развернут в шутейный философский трактат со ссылкой на первоисточник. Бог из полустертого компонента идиомы дай вам Бог возвращен на свой пост творца всего сущего, но с оговоркой, что творить разрешается только не по Пармениду. Робкая нежность оборачивается физиологией и пломбами, плавящимися от жара, раздутого из пушкинского угасла не совсем. А романтическая сублимация чувства доводится до максимума притязания на грудь любимой переадресуются устам и далее до абсурда объектом страсти оказывается не женщина, а скульптура, а субъектом — даже не мужчина с плавящимися пломбами во рту, а сугубо литературное — стих мадонна пушкин и зачеркивающее — 'я'. Содержательным преувеличениям-снижениям вторят формальные, начиная с перевода речи в более возвышенный, сонетный жанр, каковой, однако, подвергается решительной деформации, ибо Бродский нарушает все предусмотренные в сонете границы: между катренами, между восьмистишием и шестистишием и между терцетами. Пушкинский словарь осовременивается и вульгаризуется. Вместо быть может Бродский ставит возможно, вместо души — мозги, вместо безнадЕжно — безнадЁжно, вместо так искренно — глуповатое так сильно. Появляются разговорные черт, все разлетелось на куски, не по-людски, канцелярское и далее и откровенно просторечное вдарить. Черт и все даже повторены, чем нарочито убого имитируются изящные пушкинские параллелизмы. Обнажает Бродский и композиционный принцип оригинала — подспудное нарастание страсти к концу. Подспудность выражена у Пушкина формальной усложненностью структуры, в частности — синтаксической сложностью двух заключительных строк с их однородными членами так искренно, так нежнопридаточным стих мадонна пушкин. Бродский мог бы прямо начать с такой сложности, но в 6-м сонете он, подобно Пушкину, приберегает эффект затрудненности на конец, где далеко превосходит оригинал. Последние 5 если не 7 строк образуют единое предложение, содержащее однородные члены жар, хрустпридаточное чтоб. Сонет кончается явным crescendo с восклицательным знаком, мимолетным обнажением бюста и поцелуем хотя и всего лишь в виде воспоминания о желании. Утрирует Бродский и общее риторическое увязание утвердительного лейтмотива Я вас любил. У Пушкина подобные отрицательные, стих мадонна пушкин и т. Пародируя этот эффект, Бродский увеличивает число таких частиц НО сложно — НЕ дрожь, НО — НЕ по-людски — НО НЕ даст — НЕ сотворит, не говоря о глаголе ЗАЧЕРКИВАЮ и выделяет их постановкой в ключевые позиции. А главное, он нанизывает многочисленные переносы: начинает с усиления до точки скромной остановки после лейтмотивного Я вас любил; затем как бы копирует и лишь лексически снижает заменой на возможно второй пушкинский стих мадонна пушкин быть можета в действительности резко его усиливает, подменяя вводное слово к группе сказуемого вводным предложением, удваивающим подлежащее: Любовь еще возможно, что просто больчем мотивированы скобки в первой же строке; и далее позволяет переносам, тире, вводным словам, обрывам и остановкам стих мадонна пушкин завладеть текстом и достичь кульминации в целом вводном предложении "бюст" зачеркиваю. Один из утонченных структурных эффектов оригинала — подготовленная неожиданность его финальной рифмы. Часто рифмующее слово заранее вводится в предыдущий текст. Возьмем альбомный парадокс Пушкина «Бакуниной»: Напрасно воспевать мне Ваши именины При всем усердии послушности моей; Стих мадонна пушкин не милее в день святой Екатерины Затем, что никогда нельзя быть Вас милей. Финальное милей предсказывается не только рифмой моейно и словом не милее, готовящим его лексически, грамматически и фонетически. Этот прием настолько распространен, что сама неожиданность становится ожидаемой. Написанная по этой схеме, II строфа «Я вас любил. Как не был никогда никто любим. Однако Пушкин, обожавший сюрпризы в рифмовке ср. Вместо любим он поставил в рифму другим, но ожидавшееся любим не выкинул, а лишь передвинул из рифменной позиции в предрифменную в стих мадонна пушкин любимойчем освежил прием: ожидания и обмануты рифма не таи выполнены, хотя и неожиданным образом рифма есть; ожидавшееся слово включено в строку. Еще важнее, однако, тематическая уместность эффекта: доминанта стихотворения которое по содержанию посвящено отказу от банальной концепции любви, сюжетно построено на отдаче любимой сопернику, а текстуально движется от я к другому, появляющемуся в конце оказывается спроецированной в план рифмовки: ожидаемое рифменное слово вытесняется неожиданным, в буквальном смысле 'другим'. У Бродского это изящное словесное уступание места грубо обнажено. Поэт прямо заявляет о вычеркивании напрашивающейся рифмы в пользу другой, так сказать, сублимированной. Правда, Бродский играет с другими словами хруст - бюст - уст вместо любил - томим - любим стих мадонна пушкин другим и не воспроизводит пушкинскую структуру в точности: бюст лишь частично подготовлен хрустом. Инвариантная подоплека Возникает вопрос: сводится ли суть 6-го сонета к виртуозному пародированию стих мадонна пушкин на всех уровнях или же Бродский вносит в него что-то свое и тем самым апроприирует его? Перечитаем сонет еще раз, на этот раз на фоне других текстов его автора. Строки 2 - 3. Один из типичных носителей боли вообще и любовных страданий в частности — мозг: Сравни с собой или примерь на глаз любовь и страсть и — через боль — истому. Но ласка та, что далека от рук, стреляет в мозг, когда от верст опешишь, проворней уст: ведь небосвод разлук несокрушимей потолков убежищ. От боли в мозгу мотивные связи протягиваются к разлуке, устам, вискам, костям и творчеству: В моем мозгу какие-то квадраты, даты, твоя или моя к виску прижатая ладонь. Готовым оказывается не только весь тематический комплекс, но и рифменное сцепление мозга с виском. Что касается сверлящего характера боли в сонете, то он соответствует форме мозговых извилин ср. Черт здесь и ниже, в 7-й стих мадонна пушкин — обращенное предвестие Бога, венчающего пушкинский текст, а в сонете Бродского открывающего заключительное шестистишие. Строки 4 - 7. Мысленная примерка самоубийства и сопутствующей ему дрожи тоже неоднократно встречается у Бродского, часто в комбинации с кровью, разлукой, виском, зубами пастью и под знаком ошибки: То ли пулю в висок, словно в место ошибки перстом; Но не ищу себе перекладины: совестно браться за труд Господень. Впрочем, дело, должно быть, в трусости. В технической акта трудности. Это влиянье грядущей трупности. Несмотря на жалобы на сложность с оружием, самоубийство применяется в стихах Бродского довольно часто: И жажда слиться с Богом, как с пейзажем, в котором нас разыскивает, скажем, один стрелок; Здесь пуля есть естественный сквозняк. Так чувствуют и легкие и почка. За навязчивыми картинами самоубийства стоит одна из центральных тем Бродского — тема 'пустоты, грани небытия', часто выступающая в форме физического страха смерти и боли, подстерегающих человека. Характерны образы: риска быть подстреленным; разыскивающего нас стрелка; моря крови, готового ринуться в брешь; пули как сквозняка; боязни грядущей трупности; гангрены, взбирающейся по бедру полярного исследователя; короля червей, который загодя ликует, предвкушая трупы; рыбы, на чешуе которой уже лежит стих мадонна пушкин консервного серебра; головы, ожидающей топора, и т. Над этой вещью голову держа не кислорода ради, но азота, бурлящего в раздувшемся зобу, гортань. Одна из излюбленных вариаций на эту тему содержит сходные с 6-м сонетом образы неповторимости жизни, орудия убийства и почти ту же каламбурную рифму: Бобо мертва. На круглые глаза вид горизонта действует как нож, но тебя, Бобо, Кики или Заза им не заменят. Существенная деталь несостоявшегося самоубийства — колебания в выборе виска. Это тоже повторяющийся мотив: Бродского интересуют 'альтернативные варианты' поведения, мироощущения, жизни, бытия. Разрывом сердца в слишком холодной воде залива? Жизнь позволяет поставить "либо". Этот отрывок из стих мадонна пушкин » сочетает тему стих мадонна пушкин с мыслями о самоубийстве, смерти, богах, устройстве мира 'по' тому или иному учению и даже о выборе слова, то есть накладывается на 6-й сонет целым пучком мотивов. Строки 9 - 11. Дважды — любимое словечко Бродского, настолько, что даже с жажды оно рифмуется не раз: Снайпер, томясь от духовной жажды стих мадонна пушкин, то ли приказ, то ль письмо жены, сидя на ветке, читает дважды; Бедность сих строк — от жажды Что-то спрятать, сберечь; обернуться. Но дважды В ту же постель не лечь. В последнем фрагменте с 6-м сонетом перекликаются также архаическое сих и рассуждения о поэзии строк и о неповторимости страсти. Кроме того, здесь как будто проясняется связь комплекса не. Через сходную конструкцию дважды. Сама апелляция к Пармениду стоит в ряду многочисленных у Бродского ссылок на авторитеты, часто в тире или скобках, 'по' которым описывается данная ситуация и мир вообще: на Аристотеля, Катона, Архимеда как на закон о вытеснении, так и на рычаг ; на Гоббса, Малевича белое на белом ; Цельсия температура ; и на целую когорту «великих» по самым разным вопросам стих мадонна пушкин. Мотив 'мир по Иксу' — еще одно воплощение общего релятивизма Бродского. Вспомним сказанное выше об игре стих мадонна пушкин альтернативные стих мадонна пушкин бытия, а также такие образы, как недостоверность мира в хмурый день; зависимость взгляда на вещи от снов, причем смотря кто спит; зависимость правды от искусства и существования шахматных фигур от логичности ходов; и, наконец, склонность Бродского набрасывать альтернативные идиллические сценарии жизни. Релятивизм стих мадонна пушкин, однако, относителен. Бродский убежден в абсолютности смерти, пустоты, 'ничто' и в уникальной стих мадонна пушкин жизни, любви, всего, что минутно и что бренно. Вновь и вновь варьирует он образы невозвратимости встреч с любимыми местами и женщинами; вечно занятого стих мадонна пушкин выхода вон из совместной жизни; стих мадонна пушкин расстегиваться врозь; невозможности встать вдвоем в разлуке, так как одного светила не хватает на двоих; неизбежности лежать врозь и после смерти, будь то в стих мадонна пушкин или в аду; отсутствия жизни на других планетах и т. В то же время его упорно занимает идея возврата, повторения, тождества. Она присутствует как возможность или сон; как встреча в уме или в ином измерении. Но повторимым parexcellence оказывается лишь искусство, стих мадонна пушкин, перо. Эти мысли часто являются как реакция на разрыв с любимой или эмиграцию, но этим не ограничиваются, восходя к основам жизненной философии поэта. Мотивы 'неповторимость встречи' и 'мир по Иксу' дают интересные «математико-философские» совмещения. Таковы стих мадонна пушкин ссылки на Эвклида, с его непересекающимися параллельными насчет параллельных линий все оказалось правдой и в кость оделось и прямыми, пересекающимися только стих мадонна пушкин одной точке Как две прямых расстаются вточке, пересекаясь, простимся. А жажда встречи подсказывает всякого рода неэвклидовы решения, в частности 'по' Лобачевскому. Строки 12 - 14. От страсти связи часто ведут у Бродского, с одной стороны, к физиологии — жару, крови, костям, хрусту, пасти, больным зубам, а также грудям и прочим вольностям, с другой — к выбору слов и рифм, то есть ко всем составляющим комплекса, венчающего 6-й сонет. Страсть недаром рифмуется с пастью например, в «Письме в бутылке» ; ко рту, а также к стих мадонна пушкин костей, ведет и рассуждение о теле, раскаявшемся в страстях: Зря оно пело, рыдало, скалилось. В полости рта не уступит кариес Греции древней, по меньшей мере. Смрадно дыша и треща суставами, пачкаю зеркало. Разрушающиеся зубы ассоциируются у Бродского со старением, разлукой, культурой и творчеством неоднократно, так что включение в финальный пассаж сонета плавящихся пломб оказывается вполне закономерным. Он представлен стих мадонна пушкин «Горении», где уста рифмуются с обнажая места то есть, практически с бюстома горячо с ожог. А в «Ломтике медового месяца» устриц хруст рифмуется со страсть, достигшая уст в контексте обрывка жизни вдвоем и слов. Одно из стихотворений «Мексиканского романсеро» строится на соединении стих мадонна пушкин боли в губе, слова, творческого дара, расколовшегося внутреннего мира и жанра правильней — жара ; в стихотворении стих мадонна пушкин был только тем, чего. » воспоминания о любимой включают мотивы касания, сотворения, голоса, жара. Встречается вне 6-го сонета и сближение уст и бюста: снег, что ундине уста занес, мой нежный бюст превратил в сугроб «Письмо в бутылке»и даже рифма уст бюст в стихотворении «Einem Alten Architekten in Rom». В нашем сонете уст и стих мадонна пушкин привлечены в качестве альтернативных рифм к хруст, причем бюст вычеркивается. Дело, разумеется, не в непристойности бюста — Бродский иной раз загибает и не такое. Но чаще он одновременно и скрывает, и обнажает непристойность — как по общехудожественным соображениям, так и ради специфического для него акцента на авторской воле: И уже седина стыдно молвить где; о тепл e твоих — пропуск — когда уснула; извиваясь ночью на простыне — как не сказано по крайней мере — я взбиваю подушку мычащим "ты". Все три стих мадонна пушкин напоминают педалирование авторской воли с помощью вводных конструкций, примененное в 6-м сонете при зачеркивании бюста. Нередки у Бродского и прямые заявления о сознательном выборе слов, например: Я пишу эти строки стремясь рукой. Безразличие Бродского к соображениям благопристойности очевидно: в одних случаях они вообще несущественны, в стих мадонна пушкин выбор делается в пользу мата, а в третьих — в пользу приличий, но только после стих мадонна пушкин произнесения запретных слов, как в последнем примере, который особенно близко вплоть до упоминания о губах напоминает концовку 6-го сонета. Одним из первых в русской поэзии экзистенциалистский жест словесного произвола как ответа на окружающую стих мадонна пушкин опробовал, по-видимому, Мандельштам: Я пью, но еще не придумал, из двух выбираю одно: Веселое асти-спуманте иль папского замка вино «Я пью за военные астры. О Мандельштаме, с его пристрастием к образу шевелящихся губ поэта, помазанных пустотой, напоминает и связанный с выпячиванием авторского присутствия выбор именно уст. По сюжету речь идет об органе поцелуев, но подспудно — об органе поэзии. Бродский вообще любит кончать стихотворение образом губ: Когда книга захлопывалась и когда от тебя оставались лишь губы, как от того кота; рыба рваной губою тщетно дергает слово; разомкнуть уста любые. Отыскать чернила И взять перо; крича жимолостью, не разжимая уст. Даже в первом из этих примеров «Келомякки», IVгде губы явно эротичны, книга интертекст — чеширский кот из «Алисы в стране чудес» — индуцируют связь с стих мадонна пушкин, творящими поэзию, которые представлены в остальных приведенных концовках. А иногда Бродский сознательно сближает обе функции уст: Там есть места, где припадал устами тоже к устам и пером к листам. Участие уст поэта подразумевается и в финальном поцелуе сонета — именно во рту у поэта рождается жажда коснуться. В пользу поэтических уст свидетельствует также употребленный стих мадонна пушкин ними глагол касания, особенно если сравнить 6-й сонет со следующим пассажем из «Разговора с небожителем»: Уже ни о ком не видя места, коего глаголом коснуться мог бы, не владея горлом. Слюной кропя уста взамен кастальской влаги, кренясь Стих мадонна пушкин башнею к бумаге. Таким образом, целый комплекс образов 'жар + жажда + коснуться + уста' делает «Пророк» вторым, наряду с «Я вас любил. », интертекстуальным источником сонета. Типичной функцией уст как органа поэзии является преодоление смерти. В «Разговоре с небожителем», этом откровенном «Пророке» à 1а Стих мадонна пушкин, поэт как и в 6-м сонете не умирает даже символически, а, сжав уста и сойдя с креста, идет на вещи по второму кругу, то есть уста участвуют в облегченном варианте воскресения. На это способны именно стих мадонна пушкин говорящие, а в пределе — поэтическое слово без уст, по-мандельштамовски рождающееся прежде губ: И хочется, уста слегка разжав, произнести "не надо". Наверно, после смерти — пустота; Когда вокруг — лишь кирпичи и щебень, предметов нет, а только есть слова. Подмена уст целуемых устами творящими закономерна — как стих мадонна пушкин очевидной метапоэтичности сонета, так и потому, что именно поэтическому слову дано в мире Бродского преодолевать разлуку, развалины и невозвратность момента — повторимо всего лишь слово: словом другим. Ибо бисер слов, написанных умирающим от гангрены полярным исследователем, покрывает фото супруги, к ее щеке мушку даты сомнительной приколов, и таким образом переживает их обоих. Как поэт объясняет любимой: Дорогая, несчастных нет! Всё — только пир согласных на их ножках кривых. Видно, сильно превысил свою роль свинопас, чей нетронутый бисер переживет всех нас. Право, чем гуще россыпь черного на листе, тем безразличней особь к прошлому, к пустоте в будущем. Их соседство, мало проча добра, лишь ускоряет бегство по бумаге пера. Но мы живы, покамест есть прощенье и шрифт «Строфы». Если стих мадонна пушкин так богат инвариантами Бродского, то пушкинский оригинал в нем должен быть не только спародирован, но и потеснен чисто структурно. Как мы помним, важнейшее сюжетное изменение состоит в вынесении на поверхность страстного утверждения любви, образующего новый финал. Дополнительный простор создается, в первую очередь, большей длиной сонета, предоставляющей в распоряжение Бродского шесть «лишних» строк, а также вольностями в обращении с оригиналом. Строго говоря, пересказ пушкинского текста заканчивается в середине 9-й строки, где Бродский на полуслове обрывает Пушкина своим но не даст! Эффект скомканности поддержан тем, что в полторы строки 8-ю и половину 9-й втиснут материал из начала, середины и конца второй строфы оригинала. На обрывание работает и разделение 8-й и 9-й строк в рифменной композиции сонета: безнадежно — последняя рифма восьмистишия, а не даст — первая шестистишия. Впрочем, техника перебивания и комкания применена уже и при пересказе первой строфы. Он сведен у Бродского к единственной — 1-й — строке да и то натыкающейся на скобкупосле чего мотив альтруистического подавления любви стих мадонна пушкин эгоцентрическими размышлениями о самоубийстве и физическими образами, совершенно отсутствующими в абстрактно-куртуазном оригинале. В синтаксическом плане именно первые девять строк написаны сравнительно короткими фразами, тогда как в финале Бродский дает волю своему витиеватому красноречию. Разумеется, весь синтаксис, с самого начала, — типичный для Бродского разорванный, «цветаевский». Но в начале сонета стих мадонна пушкин как бы подверстывается к пушкинскому, а в конце выходит за классические рамки. Что касается словаря, то к концу практически исчезает вульгарная лексика и появляются архаизмы и поэтизмы: Бог, будучи, сотворит, по Пармениду, сей жар в крови, коснуться, уст. Нейтрально-серьезная лексика проходит через весь текст любовь, оружие, задумчивость, зачеркиваюно в финале особое значение получают слова двойной стилистической принадлежности — низкие стих мадонна пушкин высокие одновременно. Таковы: горазд, архаичное в контексте будучи и разговорное в контексте на многое; животная пасть, привлеченная к объяснению в любви; жажда, то ли духовная, то ли связанная с выделением слюны, которое угадывается за плавящимися пломбами; образ плавления, гиперболически мощный, но снижаемый контекстом слюны и пломб. В начале сонета подобная стилистическая двойственность намечена разве что словом сверлит. Таким образом, и лексическая композиция делит стихотворение на две части — пародийную и более серьезную. В плане стих мадонна пушкин Бродский тоже как бы комкает оригинал. У Пушкина рифмы плавно движутся от -ож- через -ем и -еж- к -им. Бродский конспективно сводит -ож- первой строфы и -ежно второй в рифменную серию -ожно, которую заключает каламбурным совмещением обоих пушкинских рядов в своем безнадЁжно. Так рифменная четверка Пушкина оказывается сжатой до пары, которая и растягивается, с неизбежной пародийной монотонностью, на все восьмистишие. Разделавшись с рифмами оригинала, Бродский обращается к новым созвучиям: -аст, -ажды и -уст. Оба гласных и все три комплекса в целом за исключением звука -ж- находятся на периферии пушкинского текста, ни разу не попадая под рифму и редко под ударение. Рифменное движение стих мадонна пушкин шестистишия образует четкий рисунок, основанный на эффектном сужении от широкого и звонкого -ажды к глухому и сдержанному — «сублимированному» — -уст. Итак, основной композиционный принцип 6-го сонета состоит в том, что на нескольких уровнях — сюжетном, лексическом, синтаксическом, рифменном — Бродский как бы перебивает, комкает и отодвигает в сторону пушкинский оригинал, чтобы в конце выступить со своим собственным стих мадонна пушкин. По ходу сонета эта стратегия стих мадонна пушкин даже дважды — к материалу сначала первой, а затем второй строфы оригинала. Более того, в первой же строке Бродский не только обрывает Пушкина, но и перевирает его, подменяя быть может своим возможно и повышая процент вводных конструкций. Перевиранием естественно вытекающим из установки на стих мадонна пушкин сопровождается и вторая попытка пересказа так сильно, безнадёжно, другимичтобы затем смениться перебиванием. Все это напоминает обращение с Пушкиным Маяковского: Как это у стих мадонна пушкин говаривала Ольга? Потеснив классика, современный стих мадонна пушкин насыщает текст собственными мотивами, — за пародийной оболочкой 6-го сонета вырисовывается структура типичного стихотворения Бродского. На первый план выдвинуты телесные образы, композиционное развитие которых вторит общей переориентации с пушкинской отрешенности на цинично-бравурный собственный тон. Эти 'материальные' мотивы вводятся в сонет двумя порциями — в середину на место I строфы оригинала и стих мадонна пушкин конец на место IIпричем по нагромождению физиологических деталей три последние строки не уступают шести первым. Первая группа образов боль. Переход от первой группы ко второй построен на сходстве и контрасте. Сходство в том, что и в начале, и в конце речь идет об отрицательных физиологических состояниях, служащих аккомпанементом любви, причем в обоих случаях в них вовлекается не только физиология, но и техника оружие, пломбы. Физиологической теме контрапунктно сопоставлено композиционное движение другой важнейшей серии инвариантов Бродского. Через все стихотворение проходит мысль об альтернативности и призрачности жизни, причем, как и в случае с физиологией, прочерчивается зигзаг от негативного начала к позитивному концу. Эта мотивная цепь не случайно начинается с перевирания стих мадонна пушкин вводной конструкции в 1-й строке. Релятивизм Бродского имеет своим поэтическим источником характерную пушкинскую самоотрешенность, первым проявлением которой в «Я вас любил. » является как раз быть может, а последним — решение уступить стих мадонна пушкин другому. Иными словами, бесцеремонная перекройка оригинала не нацелена на пародию ради пародии, а представляет собой крайнее, но закономерное развитие пушкинских принципов. Попробуем сформулировать, как звучит 6-й сонет в стих мадонна пушкин — по отношению к пушкинскому тексту и сам по себе. Новые элементы, которыми Бродский насыщает пушкинскую канву, выстраиваются в характерную диалектическую стих мадонна пушкин. Одни телесные состояния 'я' — от боли в мозгу до плавящихся пломб акцентируют уникальную материально-физиологическую природу бытия. Стих мадонна пушкин самоубийство, альтернативность и призрачность жизни, отсутствие реального объекта любви представляют противостоящие человеку смерть и стих мадонна пушкин. А третьи авторский произвол, проявляющийся в обилии скобок и тире, пародировании и обрывании оригинала, зачеркивании стих мадонна пушкин и выборе уст, отсылка к «Пророку» и творческие коннотации уст воплощают способность поэтического слова преодолеть великое Стих мадонна пушкин. В целом стих мадонна пушкин образ какой-то необычайно мощной, животной и в то же время чисто условной и риторической страсти, которая чудом держится в пустоте. Тема живого, телесного и вообще материального, как бы упирающегося в нематериальное, смерть и пустоту, — одна из постоянно занимающих Бродского, в стихах которого ее варьирует целый комплекс характерных мотивов. Среди них: встреча телесного с бестелесным, бесформенного с формой, зримости с беззвучием; геометрическая вложенность жизни и любви в пространство, пространства во время, а времени — в смерть и пустоту; абстракции, воображаемые линии, арифметические действия и другие школьные и научные понятия, скрытые под реальностью или выводящие за ее пределы; выход из комнат, прошлых связей, жизни; точка зрения с другого континента, с луны, из будущего, из ниоткуда или в никуда и в ничто; пристрастие к жанру эпитафии и многое другое. Все эти мотивы многообразно связаны друг с другом: одной из масок бестелесности являются научные абстракции, в частности, 'геометрическая вложенность' в пустоту; абстракции выводят за пределы реальности, в никуда, и мотивируют точку зрения из ниоткуда, позволяющую увидеть жизнь беззвучной, бесплотной — и стих мадонна пушкин сначала. К этому кругу мотивов относится и образ безличной страсти в пустоте; ср. И наше право на «здесь» простиралось не дальше, чем в ясный день клином падавшая в сугробы тень. », которое стих мадонна пушкин «Новых стансах к Августе» помещено непосредственно после «Сонетов» стих мадонна пушкин образует с 6-м сонетом своего стих мадонна пушкин двойчатку, ибо трактует те же мотивы в более серьезном ключе. Ниоткуда, с любовью, надцатого мартобря дорогой, уважаемый, милая, но не важно даже кто, ибо черт лица, говоря откровенно, не вспомнишь, не ваш, но и ничей верный друг вас приветствует. Спасение от заносящей все пустоты приходит диалектически через ее приятие — через упование на пустые слова, на чистую словесность, на пир согласных на их ножках кривых, на бисер слов и бегство по бумаге пера, поскольку 'слова' сопричастны как призрачности существования, так и авторской воле, как пустоте, так и материальному миру. Отсюда ножки, бегство, пир и животный субстрат любовной риторики в нашем сонете, а также возможность, до предела разведя хрестоматийно пушкинские полюса звуков и жизни, получить их гибрид — смесь сильных чувств динозавра и кириллицы смесь. Именно такой гибрид венчает 6-й сонет. Подобно пушкинскому оригиналу, структура которого тоже собрана в фокус в его финальном стихе, сонет завершается эмблематической строчкой: Коснуться — "бюст" зачеркиваю — уст! В ней есть все: герой и героиня; человеческое тело и камень статуи; объект плотской страсти и орган поэзии; поцелуй под занавес и чисто литературная правка текста; буквальные прикосновения и побуждение к творчеству через отсылку к «Пророку»; сублимация страсти à 1а Пушкин стих мадонна пушкин чеширские губы для концовки; обнажение пушкинского отказа от напрашивающейся рифмы и демонстрация авторской воли в выборе слов; вводная конструкция интенсивная фонетическая подготовка слова уст. Последнее слово несет, помимо названных выше, еще один важный эффект. Оно четко отделено от предшествующего текста: синтаксически и графически — благодаря тире; семантически — благодаря зачеркнутости предыдущего слова; стих мадонна пушкин — благодаря перебивке цепи повторов комплекса у-с-т резко отличным зачеркиваю. В результате слово уст предстает в виде точки, венчающей затянутый заключительный период. Контраст с длиной периода да и всего сонета доведен до максимума односложностью последнего слова, узостью гласного и глухостью согласных. Напряженный период разрешается еле слышным коротким выходом — согласно принципу, сформулированному в другом стих мадонна пушкин, сходя на конус, вещь обретает не ноль, но Хронос «Я всегда твердил, что судьба — игра. Этому структурному воплощению излюбленной Бродским 'геометрической вложенности в пустоту' вторит финальный иконический эффект: поскольку единственный гласный слова уст — губной, «Я вас любил. » Бродского заканчивается в буквальном смысле слова выпячиванием губ в объемлющую пустоту. Аналогичным физическим, тематическим и фонетическим жестом венчаются и «Сонеты» в целом: я благодарен бывшим белоснежным листам бумаги, свернутым в дуду. Заключение Кощунственно написанное поверх одной из святыньрусской классики, «Я вас любил. » Бродского имеет богатую интертекстуальную подоплеку, как традиционную, так и современную. В своем обращении с Пушкиным Бродский опирается на стих мадонна пушкин спектр установок, характерных для русской поэзии XX века: футуристическую десакрализацию à 1а Маяковский, по-ахматовски стоическое приятие условий человеческого состояния, отчаянную страстность и рваный синтаксис Цветаевой и дерзко стих мадонна пушкин позу Мандельштама. Но та смесь сильных чувств динозавра с кириллицей, которая получается в результате, принадлежит именно Бродскому. Смесь эта не более стих мадонна пушкин и не менее искренна, чем сплав порнографии, романтизма и металитературности в набоковской «Лолите». Анализ страсти, взятой в крайних ее проявлениях, характерен стих мадонна пушкин литературы XX века — в этом смысле в один ряд с «Лолитой» можно поставить такие разные — тексты, как роман Пруста, «Эдичку» Лимонова или «Нинку» Высоцкого с рефреном А мне плевать, мне очень хочется. Но он не составляет ее монополии — достаточно оглянуться на «Мадам Бовари», «Манон Леско», а то и на Катулла. Новым является, по-видимому, сочетание такого анализа с рефлектирующим обнажением условной природы искусства, приводящее к сознательно экспериментаторскому анатомированию патологической страсти. Принадлежа в этом смысле XX веку, Бродский и его сонет все же восходят к типично пушкинским установкам: изображению страсти сквозь призму бесстрастия; расщеплению 'я' на 'человеческое, земное, любящее, страдающее, бренное' и 'поэтическое, полубожественное, посмертное, спокойно стих мадонна пушкин над смиренно идущими под ним тучами и собственными страданиями'; к лирическим отступлениям, убивающим сюжет; и вообще к «высокой страсти. Однако, опираясь на опыт русского футуризма и, шире, модернизма вообще, Бродский простирает эти тенденции далеко за классические пределы. Его сонет — это пушкинское «Я вас любил. », искренно обращенное Гумберт Гумбертычем Маяковским к портрету Мерилин Стюарт работы Веласкеса - Пикассо - Уорхола. ПРИМЕЧАНИЯ О замысле разбора я рассказал Бродскому во время единственного часового разговора с ним в Энн Арборе 1980 г. Бродский остался к нему равнодушен. Доклад по этой работе ней в РГГУ 1990? Жолковский 2003: 480-482вылившуюся затем в длинную полемическую статью. «О, быть покинутым — какое счастье!. » Кузмина, «Пусть голоса органа снова грянут. » Ахматовой, «Мне нравится, что вы больны не мной. Об интертекстуальном потомстве «Я вас любил. В частности: к Данте Земной свой путь пройдя до середины. Сонетная транспозиция пушкинского восьмистишия подсказывается как тематикой 'возвышенная любовь'так и метрикой стихотворения пятистопный ямб — один из двух основных размеров русского сонета. В рифмовке Бродский следует принятой уже у Пушкина свободе сочетания стих мадонна пушкин рифм с перекрестными AbbAbAbAccDeDe, как в стих мадонна пушкин сонете «Мадонна»далеко, впрочем, не достигая вольности ряда других своих «Сонетов» 5-го, 8-го, 9-го, 11-го, 15-го ; ср. Кстати, пушкинский текст отмечен влиянием ряда стихов Делорма Сент-Бевав том числе двух его сонетов Викери 1972. «Мы не умеем стих мадонна пушкин. » и По мне, в стихах стих мадонна пушкин быть должно некстати, Не так, как у людей «Тайны ремесла», 2. Среди интертекстуального потомства «Я вас любил. » множество 'других' встречается у Анненского: А потому, что я томлюсь с другими «Среди миров», 1901 ; Пастернака: Иди, благотвори. «Разрыв», 6, 1918 ; Ахматовой: «Сказал, что у меня соперниц нет. », 1921; под отрицанием. Расщепление стих мадонна пушкин 'я' представлено уже в «Я вас любил. » Пушкина, являясь одним из воплощений оппозиции 'страсть бесстрастие'. Иногда он не только кончает, но и начинает тирадой строк на пять-восемь, а то и на все четырнадцать см. Эта клаузула сочетает две черты, характерные стих мадонна пушкин Бродского: перенос на служебном слове и составную каламбурную рифму см. Крепс 1984: 7 - 11, 190 - 193. Кратко об этой технике вообще и в «Я вас любил. » в частности см. И мозг под током!. И как сплошной ожог — не удержавший мозг. Мозг в суповой кости тает; Безумье дня по мозжечку стекло в затылок, где образовало лужу. Чуть шевельнись — и ощутит нутро, как некто в эту ледяную жижу обмакивает острое перо и медленно выводит "ненавижу". При этом вещь не крикнет: "Ебёна мать". Ибо если лежать на столе, то не все ли равно, ошибиться крюком или морем; И если резко шагнуть с дебаркадера вбок, вовне будешь долго падать, руки по швам, но не воспоследует стих мадонна пушкин. Оба примера — из «Сонетов» и потому акцентируют обезглавливание. В других случаях выпячиваются кастрационные обертоны всей этой группы мотивов. Стих мадонна пушкин нависает над жизнью, любовью, способным к любви телом: Речь о саване еще не идет. Но уже те самые, кто тебя вынесут, входят в двери. То-то и есть, что боязно. Даже когда все колеса поезда прокатятся с грохотом ниже пояса, не замирает полет фантазии; Я прошел сквозь строй янычар в зеленом, чуя яйцами холод их злых секир, как при входе в воду. В связи с Гераклитом ср. Что касается Парменида, то ссылку на него можно понимать и прямо стих мадонна пушкин образом: мир един, неизменен и несотворим, все существует раз и навсегда, а не дважды. Эта стих мадонна пушкин синонимия Парменида и Гераклита возможна благодаря синтаксической неоднозначности связей, идущих от глагола с отрицанием. Стих мадонна пушкин здесь перо рвется поведать про. Как и в стих мадонна пушкин сонете, мотивы разлуки, мечты о встрече и 'мир по Иксу' сочетаются с образами мозга, слюны, гула слов, пишущего пера. Одичавшее сердце все еще бьется за два. За сегодняшним днем стоит неподвижно завтра, как сказуемое за подлежащим; ср. Есть и обратное сравнение — домов с зубами: Тело в плаще, ныряя в сырую полость рта, по ломаным, обветшалым стих мадонна пушкин зубам поднимается к воспаленному небу. Весь этот мотив можно соотнести с мандельштамовским описанием Парижа: Стих мадонна пушкин тесные стих мадонна пушкин — зубов молочных ряд На деснах старческих — как близнецы стоят «Язык булыжника мне голубя понятней. Я вас взял для рифмы к слову "умирал", что было со мною, но Бог до конца от зерна полову не отделил, и сейчас ее употреблять — вранье «Письмо генералу Сам переход от книги к поцелуям тоже интертекстуален, восходя к дантовским Паоло и Франческе, возможно, через «Осень» Пастернака Я с книгою, стих мадонна пушкин с вышиваньем. И на рассвете не заметим, Как целоваться перестанем и «Она пришла с мороза. » Блока, где отсылка к Данте дана впрямую и, вдобавок к книге, есть кот: Оказалось, что большой пестрый кот С трудом лепится по краю крыши, Подстерегая целующихся голубей. Кстати, в 6-м сонете коснуться. Связующим звеном между этими двумя подтекстами вовлекаемыми таким образом в квазидиалог друг с другоммогло послужить общее слово томим. В перекличке 6-го сонета с «Пророком» не исключено участие пастернаковской вариации «Мчались звезды. И, казалось, стынет Кровь колосса. Море тронул ветерок с Марокко с ее образами оплывания ср. Возвращаясь к пушкинскому коснуться в его связи с темой вдохновения, отмечу, что то же самое есть и в «Поэте» Но лишь божественый глагол До слуха чуткого коснетсякончающемся творческим бегством в широкошумные дубровы, то есть возможным интертекстом к оригинальному эпитету Бродского ширококостный. Вообще, весь мотивный комплекс 6-го сонета стих мадонна пушкин ощущение глубокой интертекстуальной укорененности в русской поэзии. Назову некоторые возможные интертексты из двух любимых поэтов Бродского, релевантные если не генетически, то во всяком случае типологически. Из Мандельштама: нежные губы. На дикую, чужую Мне подменили кровь. Меня к тебе влечет. Вишневый нежный рот; Холодок щекочет темя. Как ты прежде шелестила, Кровь, как нынче шелестишь. Шевеленье этих губ; Не своей чешуей шуршим, Против шерсти мира поем. Чтобы розовой крови связь И травы сухорукий звон. Не табачною кровью заката пишу, Не костяшками дева стучит — Стих мадонна пушкин жаркий искривленный рот; Покуда в жилах кровь, в ушах покуда шум; Он улыбается своим широким ртом, Он мыслит костию и чувствует челом. Из Цветаевой: Мне нравится, что я больна не вами. И не краснеть удушливой волной, Слегка соприкоснувшись рукавами. И так потом, склонивши лоб на стол, Крест-накрест перечеркивала имя; Искала я у нежных уст румяных — Рифм только, а не уст. Была — как снег, что здесь, под левой грудью — Вечный апофеоз; Ипполит! Нельзя, не коснувшись уст. Нельзя, припадя к устам, Не припасть и к Психее, порхающей гостье уст. С рокового двухолмия — в пропасть твоей груди!. В вощаную дощечку — не смуглого стих мадонна пушкин сердца воск?!. Ипполитову тайну устами прочтет твоя Ненасытная Федра. Быть может, прежде губ Уже родился шепот «Восьмистишия», 7. Тема выживания поэзии, которой угрожает река времен, восходит в русской поэзии к Державину. Зачин Я вас любил взят из 5-й 7-й строк Пушкина, безнадежно — из 5-й, так + однородные наречия — из 7-й, как и т. Оборотной стороной этого обрывания Пушкина является сплочение двух основных частей сонетной формы в единый словесный поток, вообще характерное для «Сонетов»: из 20 случаев граница между восьми- и шестистишием полностью соблюдена в семи в 3-м, 7-м, 12-м, 14-м, 16-м, 18-м, 19-ма в остальных имеет место либо синтаксический перенос в 1-м, 4-м, 6-м, 10-м, 17-млибо рифменный перехлест того или иного рода в 5-м, 8-м, 11-м, 20-млибо и то и другое вместе во 2-м, 9-м, 13-м, 15-м. В 6-м сонете перенос через эту границу подготовлен двумя предыдущими: между катренами сложно с оружием и между строками 6-й и 7-йно зато особенно острым не дрожь, но задумчивость. В горловой его полуде Ложек олово течет. В миг, когда дыханьем сплава В слово сплочены слова «Художник», 3а также мандельштамовское И губы оловом зальют стих мадонна пушкин января 1924 г. »дополнительно связанные друг с другом отсылкой к средневековым реалиям сбору дани, алхимии, жестоким казням. О мотиве 'заливания рта поэта расплавленным металлом' см. БоГ любИмой бЫть друГИм. В самый конец вынесено закрытое -у- в сочетании с двойным глухим исходом -СТ. Этот комплекс подготовлен двойным проведением его в финальной строке коснУТЬСя, бЮСТзаметностью у в остальном тексте оружием, задумчивость, будучи, хруст, не считая множества безударных у и присутствием -ст и другой рифменной паре шестистишия даст горазд. Заметим, что женские рифмы с окончанием на 'гласный + ж + звонкий + гласный' подготовлены рифменным рядом -ожно, чем повышается преемственность рифмовки. Кстати, звук у не только объективно узкий, то есть закрытый, но и субъективно понимается Бродским именно так, ср. Как узкую воспринимает Бродский и соответствующую букву: и улица вдалеке сужается в букву "у". Подобно мандельштамовскому а еще раньше — флоберовскому периоду, который лишь на собственной тяге, Зажмурившись, держится сам «Восьмистишия», 6. В частности — образы вектора, треугольника, перпендикуляра, конуса, круга, вычитания, силы тяжести, строения атома, воздействия луны на приливы и отливы и т. Опора на школьную науку здесь и в мотиве 'по Иксу' напоминает Кушнера, у которого она, однако, служит, так сказать, неоклассическим — а не барочным, как у Бродского, — целям. Вспомним, как Ахматова при помощи пауз и переносов доводит пушкинскую анестезию страсти до максимума возможного в традиционных рамках, см. ЛИТЕРАТУРА Викери 1972 — Walter Vickery. Жолковский 1977 — Разбор стихотворения Пушкина «Я вас любил. Жолковский 1979 — Инварианты и структура текста: «Я вас любил. Жолковский 1992 — Жолковский 1994 — Alexander Zholkovsky. Rereadings in Russian Literary History. Жолковский 2003 — Креп c 1984 — Михаил Крепс. О поэзии Иосифа Бродского. Ann Arbor, Ardis, 1984. Ронен 1983 Ронен 1973 стих мадонна пушкин Omry Ronen. The Hague: Mouton, 1973. Херрнстайн - Смит 1968 — Barbara Herrnstein Smith. Poetic Closure: Стих мадонна пушкин Study of How Poems End. University of Chicago Press, 1968. Штокмар 1958 — M.

Официальный сайт электронной библиотеки
campuscode.ru © 1999—2016 Электронаая библиотека